московское прощание с единой россией

Åëüöèí Á.Í. ïðèíÿë ó÷àñòèå â àëüòåðíàòèâíîé ìàíèôåñòàöèè, 1990 ãîä

Мосгордума сделала как бы очень хитрый ход, о котором, впрочем, давно говорили как о возможном способе решить проблему «оппозиционного города». Москва переходит на мажоритарную систему выборов накануне осенней кампании в эту же самую Мосгордуму, т.е. избираться туда теперь будут люди не по партийным спискам, а исключительно индивидуально. Это значит, что каждый «авторитетный кандидат» сможет сделать тот же фокус, что достопочтенный Сергей Семенович Собянин в прошлом году. Баллотироваться не как кандидат от никому не нужной «Единой России», а как самовыдвиженец, человек реальных дел, лицо-на-районе. На выходе мы должны получит триумф таких вот лиц, полностью подконтрольную Мосгордуму, и, конечно, отчет о том, что никакого недовольства властью в столице нет, а, возможно, и не было никогда, если не считать американских шпионов, мутивших воду. И это при том, что сегодня электоральные рейтинги «Единой России» таковы, что «партия власти» c треском проигрывает выборы, и даже 50% голосов выглядят для нее совершенно заоблачным результатом.

Это все более-менее общеизвестная информация. Из нее можно сделать несколько забавных выводов.

Во-первых, совсем уже ясно, что власть совершенно не озабочена выстраиванием каких-либо институтов. Что демократических, что совершенно показушных — не важно. Институты совершенно не нужны, и конструируются и разбираются по мере необходимости из того, что у нынешних действующих лиц вроде Володина есть под руками. Это политика бриколажа или вовсе клудж, сборка системы из мусора. Под попытками долгосрочной игры и выстраивания устойчивой системы политических партий подведена жирная черта. Что, конечно, не сегодня началось, но московский великий отказ от «Единой России» выявил эту ситуацию ярко.

Во-вторых, такая бастардская realpolitik свидетельствует о том, что барьеров и табу у власти остается все меньше. Иными словами, если речь идет о сохранении «стабильности», то вытворять можно все что угодно, если надо разрушать систему, созданную прежними поколениями «стабилизаторов», то она будет разрушена, если надо обрушить какие-то вещи вроде Конституции, то это будет сделано. Опасность тут состоит в том, что власть может начать играть в крайний популизм, развив идею Народного фронта в некую тиранию большинства. Например, можно сначала подготовить почву по геям, а потом в ключевой момент вынести вопрос об уголовном наказании за гомосексуализм на референдум, как уже предлагал сделать спикер РПЦ Чаплин. В конечном счете вместо хотя бы какой-то политической системы, существовавшей в предыдущем десятилетии, мы придем к государству вождя, который указывает народу на очередного врага, которого нужно покарать. Собственно, не зря Сталин у нас выигрывает все конкурсы, он — Имя России. Впрочем, тут даже не стоит рисовать все эти страшные картинки, которые мы давно знаем. Факт в том, что вместо постройки политического дома для жильцов и гостей, элиты и народа, нынешняя власть предпочитает носиться по стройплощадке с диким ревом и сшибать каждого, кто попадается на пути.

В-третьих, это, конечно, повод поплакать на могилке «Единой России» и ея славного лидера Дмитрия Анатольевича. Вопрос, конечно, не в том, что кому-то этого добра жалко. Тут другое: если они так со своими обходятся, чуть кто ослабел, заболел, отбился от стада, — так его пристрелить, а труп отдать авторитетным каннибалам, то что будет с остальными, что будет с нами?

Некоторые оптимисты видят тут параллель с 1989 годом, когда кандидаты от КПСС в рамках мажоритарной системы проиграли объединенной оппозиции. Оптимисты призывают оппозицию объединяться и сегодня, чтобы воспользоваться историческим шансом. Вроде как, процесс пошел.

По-моему, идея о том, что Зюганов может объединиться с Митрохиным, Навальным и Мироновым и выставить по районам единых оппозиционных кандидатов выглядит даже не фантастической, а просто смехотворной. Естественно, ничего подобного произойти не может, хотя бы потому что Зюганов с Мироновым никогда на это не пойдут. Так что в лучшем случае нас ждет блок «национал-демократов», которые в большинстве районов города смогут претендовать на место в почетной тройке и в Мосгордуму в итоге не попадут.

В чей огород камень? Ну, кое-кто слишком много занимался максимальным репостом вместо создания реальных организационных структур на местах, так что шансы оппозиционеров на борьбу с уважаемыми людьми пока правильно оцениваются в мэрии как минимальные. Максимальные репосты не агрегируются в устойчивое территориальное большинство.

Так что осенняя кампания, которая нас ждет, — это, скорее всего, разрушенный политический домик, в котором периодически на ноги пытаются встать одинокие рахиты. Их тотчас сносит бешеный володинский кабан, мечущийся по этому пепелищу. Единственным достижением тут, пожалуй, можно назвать то обстоятельство, что электоральная логика перемещается из логики махинаций с результатами в логику фальсификации самого формата выборов.

Добавить комментарий