леонард хофштадтер и красивые письма от руки

Phoenix-in-Her

Представьте себе Леонарда Хофштадтера из «Теории большого взрыва», который бросил карьеру физика и переживает кризис среднего возраста в мире недалекого будущего. Как известно, кроме физики в жизни Леонарда была лишь одна важная составляющая, не считая комиксов, — это пи…страдания. И вот им он и предался без всякого остатка. Его работа теперь связана с составлением «красивых писем от руки» на заказ, а несложный быт сводится к видеоиграм и травматическому переживанию разрыва с женой. Об этом рассказывает фильм Her, который сейчас можно увидеть в кинотеатрах. Главного героя зовут не Леонард, а Теодор, но это не имеет ровным счетом никакого значения. В остальном они близнецы-братья.

Сразу скажу, что фильм плохой. Он избегает прямой пошлости, содержит несколько удачных шуток, касающихся наших отношений с технологиями (моя любимая в самом начале: погруженный в самоуничижение Теодор говорит своему смартфону «включи грустную музыку. нет другую грустную музыку!»). Но при этом лента страшно затянута. Идея Her может быть раскрыта в двадцатиминутной короткометражке или, максимум, в очередной серии Black Mirror. В этом случае история выглядела бы безупречно. Но в качестве полнометражного двухчасового фильма это страшная тоска. Тем не менее, смотреть это, скорее, имеет смысл. Поскольку Her ставит несколько нужных сейчас вопросах о природе гендерных отношений в эпоху социальных сетей, на пороге появления искусственного интеллекта. Кроме того, там есть несколько интересных находок для популярных нынче porn studies. В частности та сцена, где герой занимается сексом с операционной системой своего компьютера в полной темноте. В некотором смысле перед нами идеальная порнография (как идеальное государство у Платона), доведенный до предела гламур, в котором HD картинка сначала очищает кожу актеров от малейших изъянов, а затем вообще самоустраняется. Порнография не на экране, а у нас в голове.

Да, а интрига в Her именно в этом. Лучшей женщиной Леонарда-Теодора становится искусственный интеллект, установленный в виде операционной системы на его компьютере. Дигитализированная Пенни (Саманта) несется к герою на крыльях Эдипова комплекса, чтобы сначала стать его личным помощником, потом незаменимым личным помощником, потом любовницей, и наконец любовью всей жизни, эквивалентной вселенной. Эта динамика, кстати, открывает дорогу для совершенно справедливой феминистической критики. Единственная субъектность, представленная в Her — это мужчина Теодор, а никакого She так и не появляется. Несмотря на финальный поворот сюжета, который до некоторой степени прощается со старинной традицией романтического возвеличивания человечности (как это было в «Терминаторе», где последовательно доказывается, что разум машины ничто перед человеческой доблестью, отвагой и нежностью). Прекраснейшая сцена Her — это пикник на четверых, трое из которых люди, а четвертая ОС Саманта. Она произносит тираду о том, что больше не завидует людям, имеющим тело. Потому что тела гниют и умирают. И в это время на троицу людей на лужайке падает короткая тень. В том же ключе показана человеческая телесность вообще, монструозность которой открыл еще Плотин, а теоретически обосновали дарвинисты.

Her в целом страдает довольно стандартной проблемой социально-фантастических фильмов. Он берет одну черту возможного будущего, которая подробно анализируется и развивается, но так, как если бы все остальное осталось неизменным по сравнению с сегодняшним днем. Создатели фильма догадались одеть героев в новый фасон брюк, которые по моде будущего застегиваются где-то под ребрами. Но при этом женщины в этом будущем все также боятся постареть прежде, чем они выйдут наконец замуж, наемные работники каждый день ездят из дома, где они спят, в офис, где они сидят за компьютерами.

Добавить комментарий