выживут только хипстеры (и идиоты)

only-lovers-left-alive-tom-hiddleston-tilda-swinton

Джим Джармуш снимает безвкусицу. Трудно понять, как давно он начал этим заниматься. Но фильм «Выживут только любовники» про трансконтинентальную пару аристократических вампиров выглядит явным анахронизмом. Невероятно убогий сюжет, чудовищные представления Джармуша о производстве культуры и ее вершинах, отвратительный политический смысл, и разве что фирменные джармушевские звуковые ритмические картинки, разве что виды Танжера в ночи — в плюсах кроме этих двух вещей в больше записать нечего.

Истории, как таковой нет. Мы видим фрагмент долгой, многовековой жизни пары вампиров по имени Адам и Ева (безвкусица №1). Они занимаются творчеством, ценят красоту и презирают людей, которых они называют зомби. Большая часть культурной истории человечества, начиная от пьес Шекспира и заканчивая квартетами Шуберта были сделаны именно ими, но чтобы не светиться они всегда уходили в тень, оставляя славу людям. Их дни (точнее, ночи) проходят в поисках свежей крови (которая теперь, конечно, покупается за кэш в больницах), тоске, сомнениях и музицировании. Более нелепых существ себе трудно представить. Единственный просвет во всем этом — попытка Джармуша иронизировать через фигуру сестры Евы, которую по всей логике должны были звать Лилит, но зовут как бы Ева-2, Эйва.

Джармуш разоблачает себя как человек, чьи представления о культуре сводятся к романтическим мифам об одиноких творцах, возвышающихся над толпой. Их список словно взят режиссером из книги рекордов Гиннесса — тут кроме Шекспира еще Байрон, Эйнштейн и вездесущий Тесла. Музыка этих великих творцов — вампиров — представляет из себя психоделический рок 70-х годов. Ей богу, когда Джармуш снимал свои первые фильмы тридцать лет назад, он был намного современен с подчеркнуто анахронистичным саундтреком из Чарли Паркера. «Ах милый, какую гениальную музыку ты пишешь», — комментирует невнятный саунд Адама, выглядещего унылая рок-звезда, его подруга. Как Джармуш и его зрители не знают в науке никого кроме голливудской звезды Теслы, так и в музыке они не имеют никаких идей, о том как на самом деле развивалась музыка в XX веке и что там, условно говоря, кроме группы Can были еще другие направления. Как бы более сложные и влиятельные. Когда Аллен в «Полночи в Париже» делал очень похожие вещи с культурной памятью, заселяя пространство мифологического Парижа прошлого гротескно мужественным Хемингуэем и патетическим Сальвадором Дали, у него это выходило очень элегантно и смешно. Джармуш так не умеет, увы.

В политическом смысле отвратительна фигура аристократов, сосущих кровь, вокруг которых словно декорации перемещаются несколько простолюдинов. Единственный тип отношений знати и зомби сводится к тому, чтобы достать из кармана халата пачку денег и оплатить очередную нелепую услугу. Зрителям настойчиво предлагают эту картинку, и несмотря на всю иронию к этому привыкаешь. Вот так, мы исключительные личности стоим на вершине мира и плюем на плебеев, которые копошатся у наших ног, слепые к красоте и голодные. В более конкретном смысле этот жест Джармуша указывает на две вещи: во-первых, хипстеры никогда не умрут, даже если станут совсем дряхлыми, старенькими и смешными, пузатыми лысыми стариканами на мопедах со смузи в руке, во-вторых, хипстерам по-прежнему достаточно будет читать какой-нибудь журнал-путеводитель вроде «Афиши» для того, чтобы иметь полную картину мира, у них будет любимый режиссер (сами знаете кто), мнение о литературе, представление о научном знании, кое-какие политические убеждения и навык по выбору короткого кителя с подкладкой на апрельскую погоду в супермаркете «Цветной». Короче, Джармуш сыграл в дешевую игру, предложив отвести дураков за руку в культурку, напевая «ты и так все знаешь, это очень легко!». Думаю, фильм будет прекрасно воспринят целевой аудиторией — небольшой, но стойкой в своей деревянности.

16690_600

Актерский состав, на который я обычно не обращаю внимания, тут частично снимался параллельно в Snowpiercer Пона Чжун Хо, и у меня теперь есть дополнительный аргумент к тому, что как раз Snowpircer — это шедевр, несмотря на все претензии к нему, в частности, несмотря и пасторальный финал. Тильда Суинтон, сыгравшая в Snowpiercer самого харизматичного, ярчайшего персонажа — министра, у Джармуша была переупакована в типичную джармушевскую женщину, фриковатую, но стерильную. Примерно то же самое можно сказать про Джона Херта, который в Snowpiercer был старым и точным инвалидом, вождем восстания, а у Джармуша превратился — совершенно с теми же интонациями и гримом — в скучного ворчащего старика, учителя жизни по имени Кит Марлоу. Да, да того самого, конечно, которого многие считают «настоящим Шекспиром», как же иначе.

Действия фильма проходит в ночном Детройте, на фоне его ампирных развалин, и Джармуш сам напоминает этот Детройт. Город как бы есть, в нем что-то происходит, но уже нет никакой жизни. Герои «Выживут только любовники» это обсуждают, и приходят к выводу, что люди однажды сюда вернуться. Джармуш остался режиссером 90-х. В сегодняшнем дне он ходячий архив собственных клише, бессильных попыток высечь на экране магию.

Добавить комментарий