майдан или орда

Вчера в Сахаровском центре, рудименте высоких перестроечных надежд, была примечательная встреча мыслителей-мечтателей, где каждый говорил о своем. Тема встречи была озаглавлена как «Майдан или Орда», и Пионтковскому, Широпаеву, Джемалю, Поткину и прочим, конечно, не удалось договориться не только о том, кого нужно поддерживать в украинском конфликте (больше всего меня порадовал Поткин, который сказал, что сейчас можно малыми силами, связавшись с Бородаем, изменить историю, но лично он не готов рисковать семьей и бизнесом), в общем, не только за кого и с кем воевать надо, но и что такое Россия, и что такое Украина.

Широпаев сказал, что Москва равно Орда, а Украина должна вернуть себе историческое имя Русь на государственном уровне. Джемаль возразил, что Россия германский проект Романовых, лишь немного использовавший вывеску великого и свободного ордынского проекта. Пионтковский рассуждал о постсоветских паханатах.

Я тоже на этом сборище выступил по приглашению Марка Фейгина, потому что эти люди в отличие от деревяноголовых пропагандистов хотя бы собираются и разговаривают, а других интеллектуалов у нас для вас нет.

Я сказал, что еще до трагических событий я писал, что майдан — это самое великое, светлое и подлинное, что было в жизни нынешних 20-30-летних русских. Это был короткий момент человеческой борьбы за свободу и единения. Сегодня к светлому добавилось трагическое: Янукович, бежавший к старому другу в Ростов, Украину не отпускает.

Я рассказал, как выступал в апреле перед разными аудиториями в Киеве. Что я рассказывал там о том, в каких терминах можно описывать конфликт. Является ли он этническим, классовым, может быть, даже религиозным? Я по-прежнему убежден, что речь идет о фундаментальном конфликте между имперским и республиканским началом в русской истории, полноценной гражданской войне, выходящей за пределы Донецкой и Луганской области, и пожирающей нас всех.

Республиканское начало при этом стоит рассматривать не только в качестве оппозиции самодержавию, тирании и колониализму, но и через идею республики как общего дела. Майдан для российских обывателей выглядит чем-то ужасающим именно потому, что на нем люди осознали свои собственные интересы и начали действовать коллективно — это и в самом деле оппозиция путинскому большинству в любом смысле слова, которое целиком построено на запрете общественной деятельности. Путинизм сегодня — это сведение всего к частному, к желанию заработать, к даче, к шашлыкам, к паркетнику, к отпуску. В этой сфере вы свободны и сыты, но вы не должны рассчитывать на что-то большее. Майдан рассчитывал, он нарушил правила, и теперь его наказывают. Украинская республика — это возрождение общественного начала в русской истории.

Думаю, Киев сейчас самый русский город на планете — если под русским городом мы понимаем место вольности и борьбы, а не холопства и самодержавия. Я позволил себе использовать термин «русский мир», заметив, что его не обязательно связывать с неосталинистским контекстом донецких ополченцев. Киев — новая столица русского мира, чему могут радоваться любители исторических аналогий.

Интересно, что чтобы стать такой столицей, Киеву потребовалось развернуть национально-освободительную борьбу. Это единственная энергия, которая оказалась способной прорвать нашу инертность — это напоминает Вьетнам или Кубу. Единственное, что смогло отвлечь украинцев от шашлыков, это образ внешнего врага-империи, и глубоко несимпатичный мне национализм стал топливом, энергией для восстания, превратившись в контексте постсоветского империализма в освободительный лозунг.

Москва в этом смысле остается аномальным местом, метрополией, которая пять столетий занимается самоколонизацией и самопорабощением — через деспотизм, через вынесение метрополии во вне, в Петербург, через сталинизм. Особых надежд на то, что Москва изменится, нет.

Будущее украинской и русской истории на десятилетия вперед сейчас зависит от того, сможет ли Киев сохранить революцию и независимость от Москвы, смогут ли украинцы и русские жить без Путина и его реконструкторов по ту сторону границы. Все помнят историю похищения в Киеве Развозжаева, выдачи с Днепра больше быть не должно.

Вот примерно так я выступил, да.

Добавить комментарий